Информационно-правовое агентство «Регистр»
Главная
Журналы
Деловые книги
Правовые системы
Деловые новости
Скачать
Группа компаний Регистр
логин
пароль
напомнить пароль
регистрация
Содержание свежего номера журнала
Новости по ВЭД
Архив журналов
Все журналы агентства
 

"ВАЛЮТНОЕ РЕГУЛИРОВАНИЕ И ВЭД" № 04/2016

••• От количества денег к их цене

Владимир Артюгин

Рынки хотят, чтобы денег печаталось больше, а ставка опускалась ниже. Но если убрать крупные купюры, уже никто не сможет скрыться от отрицательной процентной ставки.

Вялое восстановление мировой экономики после финансового кризиса 2008 года и риск дефляции в большинстве развитых стран уже вынудило центральные банки этих стран перейти от обычной монетарной политики (снижение учетных ставок) к различным нетрадиционным мерам. Но даже после достижения нулевой границы номинальных процентных ставок, что ранее считалось возможным лишь теоретически, и проведения политики нулевых учетных ставок в течение нескольких лет, рост экономик так и не начался. Так называемые количественные смягчения позволяют только балансировать на грани скатывания в новый виток кризиса. То есть центральные банки стали и остаются до сих пор единственным инструментом, обеспечивающим поддержание совокупного спроса, повышение занятости и предотвращение дефляции.

Поиск новых нетрадиционных мер продолжается. Постепенно идет переход от работы с количеством денег к работе с ценой денег. Например, отрицательные учетные ставки становятся обыденностью. Уже сейчас они стали стандартом в Швейцарии, Швеции, Дании, еврозоне и Японии. А избыточные резервы, которые банки стали вынуждены держать в центральных банках этих стран после количественных смягчений, формируя опасный навес над экономикой, теперь наказываются отрицательными ставками. По оценкам, отрицательную номинальную доходность сейчас имеют гособлигации различных стран на общую сумму примерно 6 трлн долл.

Последствия отрицательных ставок
Не нужно иметь семи пядей, чтобы просчитать последствия введения отрицательных ставок. Например, страховые компании сегодня взимают премии и инвестируют их в гарантированные ценные бумаги, чтобы иметь возможность покрыть свои обязательства в страховом случае. В основе их работы лежит правило положительных доходов по своим портфелям ценных бумаг. Если эти доходы станут отрицательными, все страховые компании внезапно станут бесприбыльными и неплатежеспособными.

Или пенсионные фонды, которые работают таким же образом, принимая и инвестируя вклады в счет будущих обязательств. После многолетнего периода нулевых ставок многие пенсионные фонды США уже практически банкроты, а в условиях отрицательных ставок произойдет их массовое вымирание. А ведь доля страховых компаний и пенсионных фондов в современной экономике очень велика. Да и население, которое теряет свои деньги вместе с ними, точно не обрадуется.

Соответственно, после перехода на отрицательные ставки придется кардинально менять правила игры для пенсионных и страховых фондов. Фактически для них останется возможность или изыскивать средства за счет создания финансовой пирамиды, или за счет законодательного введения дополнительных обязательных сборов, увеличения числа плательщиков сборов и сокращения объема выплат. Например, уже сейчас под предлогом увеличения продолжительности жизни и изменения демографической ситуации (возрастной структуры общества) происходит повсеместное увеличение пенсионного возраста.

Для субъектов хозяйствования при условии отрицательных процентных ставок держание денег на счетах становится убыточным. В теории это должно стимулировать деловую активность. Но реальность этого не подтверждает. В условиях неопределенности и ожидания кризиса замораживание денег в инвестиционных проектах представляется еще более рискованным, чем платежи по отрицательным ставкам. В Японии недавно были размещены госбумаги под отрицательную ставку, причем спрос превышал предложение в разы (!). То есть люди готовы платить за размещение своих денег, так как считают что, оставшись в кэше или проинвестировав новые проекты, потеряют еще больше. Это противоречит тому, на что надеются центральные банки, понижающие ставки.

Пример укрепления евро после доведения ЕЦБ ставки до –0,4% это только подтверждает. Рынки ожидали, что ЕЦБ начнет печатать деньги всерьез, поэтому тот мелкий шажок в сторону отрицательных ставок был воспринят ими как отступ­ление.

Рынки хотят, чтобы денег печаталось больше, а ставка опускалась ниже. Только тогда они согласны хотя бы оставаться на месте.

Еще одним неприятным фактом стало то, что во всех странах, принявших политику отрицательных процентных ставок, вместо побуждения потребителей к расходованию происходит совершенно обратное. Сверхнизкие ставки скорее увеличивают склонность потребителей сберегать, так как, например, тот же пенсионный доход становится все более неопределенным.

В результате у обычных людей остается довольно небогатый выбор между хранением наличной валюты под подушкой и размещением ее на депозите в том или ином банке. Когда реальная ставка по вкладам была положительной, это имело смысл. Но сейчас реальная ставка практически везде стала отрицательной. По одним валютам она является отрицательной даже номинально, по другим, несмотря на формально положительную величину, она также находится в минусе за счет величины инфляции, превышающей положительную ставку по депозитам.

А если вспомнить про решение того же ЕС, переложившего возможные проблемы банков на вкладчиков и гарантировавшего возврат только 100 тыс. евро, то даже банковские депозиты не являются панацеей.

Уход в наличность — неизбежность?

Для физических лиц новая реальность, когда вместо прибыли за свои деньги, они получают убытки, уход в наличность — неизбежность. Вот только объемы наличных денег, как правило, значительно меньше объемов депозитов. То есть «спасти» свои деньги смогут не все. Да и государство вряд ли будет спокойно смотреть, как люди пытаются уйти от выплаты своих обязательств по уплате процентов.

Например, в США на начало 2016 года в банках были размещены сбережения в различных формах на сумму более 11 трлн долл. В обращении же находится около 1,5 трлн долл. То есть если начнется бегство в физические деньги, на 10 долларов требований вкладчиков будет примерно 1 физический доллар. И напечатать остальные доллары будет проблематично, если учесть, что величина полного годового выпуска долларов в 2014 году составила около 150 млрд долл.

Для сравнения: в Беларуси в настоящий момент самой крупной купюрой является 200 000 руб. (около 10 долл.). После деноминации самой крупной купюрой станет 500 руб. (около 250 долл.). Еще можно сравнить объем наличной денежной массы (13,5 трлн руб.) с объемом рублевых депозитов физлиц (36,5 трлн руб.).

Отрицательные процентные ставки, которые ввели в некоторых странах, таких как Япония и Швейцария, заставили людей скрываться от налога на банковские депозиты, снимая сбережения в банках в огромных количествах. Ничего удивительного, что спрос на наличные, особенно крупного номинала, заметно вырос. Например, в той же Японии постоянно растет спрос на купюры 10 000 иен, а в Швейцарии спрос на банкноты в 1 000 франков в прошлом году подскочил на 17%.

По слухам, ЕЦБ рассматривал упразднение банкноты достоинством 500 евро, количество которых составляет 30% всех бумажных денег, находящихся в обращении на территории Евросоюза.

В Швейцарии банкноты в 1 000 франков составляют до 60% от всех купюр в обращении.

Из 1,4 триллионов долларов, находящихся в обращении, 1,1 трлн — 100-долларовые банкноты.

То есть стоит убрать крупные купюры, и никто не сможет скрыться от отрицательной процентной ставки.

Пока оправданием считается то, что запрет крупных купюр обоснован борьбой с преступностью. Возможно, это так и есть. Но по факту, если нет физических банкнот, то у людей нет экономической автономии.

Наращиваем шоппинг

Например, потребительские расходы начали падать. Как исправить ситуацию? Взять и установить ставку –10% (или вообще –20%). Люди тут же побегут тратить деньги, иначе их депозиты уменьшатся на 10% (или 20%). Стоит вспомнить, как повели себя жители Беларуси после девальвации 2009 года и в начале 2011 года. Люди банально начали скупать технику и прочее, чтобы «спасти» свои деньги. Или можно вспомнить, как нарастили шоппинг после значительной девальвации в России, где покупали все — от машин до зубной пасты.

То есть когда люди попытаются уйти от новой реальности в виде уплаты отрицательных ставок на депозиты, они смогут это сделать только с помощью крупных купюр (других банально не хватит), да и то, не все. А потом этих «счастливчиков» ждет неприятный сюрприз — законодательный запрет на хождение крупных купюр. После чего за счет комиссии они будут вынуждены возвращать эти деньги на счета в банках. Мелких купюр совсем немного и на всех не хватит.

В конечном итоге вся нынешняя мировая финасовая система сводится к перевернутой пирамиде Экстера (Exter). Так, Пол Сингер (Paul Singer), глава компании Elliott, классифицировал полную стоимость всех классов активов следующим образом:

· внебиржевые производные инструменты, номинальная стоимость: 692 трлн долл. на конец 2014 г. (согласно данным Банка международных расчетов (БМР)). Для сравнения, в 1998 году эта цифра была равна 72 трлн долл.;

· мировая недвижимость: 180 трлн долл. (согласно глобальной риэлтерской фирме Savills);

· Мировой рынок долгов, ценные бумаги и другие формы долга: 161 трлн долл. на конец 2014 г. (согласно изданию Capital Markets Monitor Института международных финансов). По данным БМР, из этой суммы 95 трлн долл. составляют долговые ценные бумаги;

· мировые акции: 64 трлн долл. (согласно Всемирной федерации бирж);

· мировая масса М1: 24 трлн долл. на конец 2013 г. (по данным Всемирного банка);

· золото: 6,8 трлн долл. на конец 2013 г. (согласно Обзору по золоту компании Thompson Reuters GFMS).

Обеспеченные деньги
В таких условиях единственным надежным средством сбережений вновь становятся обеспеченные деньги, которыми исторически были золото и серебро. Они хоть и не приносят процентного дохода, но в отличие от различных валют и их производных не подвержены риску инфляции. И, что еще важнее, не несут рисков контрагентов. Они были и остаются ценными сами по себе и защищают самое ценное — основные сбережения.
Ничего удивительного, что спрос на реальное золото вырос в разы. По оценкам, спрос на реальное золото превышает предложение в 3–4 раза, так как сертификаты на золото мало чем отличается от обычных бумажек (деривативов).

Многие считают, что когда произойдет перезапуск глобального финансово-экономического механизма, именно драгметаллы могут стать той основой, на которую будет опираться возрождение мировой экономики и финансов. О бумажных деньгах стараются не вспоминать.

статья опубликована целиком

искать
English Обратная связь Главная Карта сайта


Журнал «Валютное регулирование и ВЭД» № 11/2016

Журнал «Валютное регулирование и ВЭД» № 08/2015

Валютное регулирование и ВЭД

ГЛАВНАЯЖУРНАЛЫДЕЛОВЫЕ КНИГИ ПРАВОВЫЕ СИСТЕМЫДЕЛОВЫЕ НОВОСТИСКАЧАТЬГРУППА КОМПАНИЙ РЕГИСТР